Утолённое желание

вoлoсaми рoзoвую щeль.

Камень тут жe припaл к нeй языкoм, лoвкo oрудуя им в кискe, щeкoчa и пoсaсывaя клитoр. Лaрисa, с нeдoумeниeм пoчувствoвaв тaм народ, спустя пaру минут дрoжaлa, бeскoнeчнo кoнчaя и кричa, кричa и кoнчaя. эрoтичeскиe рaсскaзы Зaтeм oн вoшёл в нeё. Двигaясь дo самого донышка, в таком случае замедляя темп, не давая ей кончить, ведь ускоряясь, он доводил её до безумия. Ощущая её кебаб дыхание, он целовал её горячее ушко, в запахе мокрых волосок длинную шею.

— Покачай меня бёдрами.

Лариса с каждым толчком бёдрами прочувствовала разжигавшийся изнутри. Ant. снаружи огонь от влетавшего в киску крепкого члена. Едва, начав, подмахивая влиять на глубину и скорость, симпатия, овладев горячим наездником, неумолимо повела его к обоюдной развязке.

Они лежали, смотря в глаза, касаясь друг на друга лишь кончиками пальцев.

— Ми никогда не было так хорошо — она благодарно поцеловала его. Твоя милость мой первый мужчина. Да.

— Лариса, ты прекрасна. Тебе закругляйся интересно со мной, я обещаю. Но ты обещай меня повиноваться.

— Да? Она с улыбкой приблизила лицо. Слушаться (то) есть маленькая девочка папу?

— Слушаться как первого мужчину.

— Первого и любимого. Я обещаю.

В ванной прекратился плеск воды. И вскорости в спальню вошла закутанная в длинное полотенце Лариса.

Прижав к бюст полотенце, она испуганно смотрела на приподнявшихся, получи локтях, и призывно улыбающихся ей двух возбуждённых самцов.

— Дух, не бойся, мы не сделаем ничего плохого.

Симпатия молча смотрела на Петра Ивановича.

— Ты но обещала слушаться. Будет хорошо. Я обещаю. Сбрось лентион!

Полотенце упало к ногам.

Михаил по достоинству оценил и покрасневшее ото волнения в обрамлении тёмных волос лицо, и круглые закорки, упругие груди, ровный животик, и покрытый светлыми волосками чернобурка.

— Лариса, повернитесь.

Круглая попа, стройные ноги, длинные тёмные патлы, длинные красивые руки.

— Иди к нам, Лариса — Петяйка Иванович поманил её.

Она не смело легла в траходром. Две пары рук и губ тут же заскользили в соответствии с её телу, зажигая её в укромных уголках. Возлюбленная оказалась на животике, бёдрами на подушке, через чего её попа задралась высоко вверх. Чрез секунду на попу легли крепкие грубые рычаги, в пышущей огнём кисе толчками задвигался жилистый, стальной член.

— Первым будет Миша, дорогая, — Пётр ласкал грудь, целуя в ускользающее ушко.

Лариса, на подушке, без остатка отдалась грубым толчкам овладевающего ею члена, по времени Михаил ослабил ритм и Лариса в начале тихонько, а следом всё смелее и быстрее задвигалась, вертя попой, управляя самцом: неудовлетворительно коротких точка длинный, два короткие длинный, длинный, повертеть. Кзади с коротким рыком разрядился Михаил, жестокие руки ослабили хватку.

Петрята, встав с кровати, помог даме подняться.

— Лариса, опустись получи колени, дорогая. Нет, колени шире и открой ротик.

Ларуся, сглотнув слюну, не смело, открыла рот, преддверие покачивающимся, манящим тёмной головкой крупным членом. Её своевременный язычок запорхал по уздечке, прошёлся по всей длине, покружил вдоль головке.

Она, взяв его, не глубоко попробовала всасывать. Пётр, нажав на затылок, углубился в горячий рыло, задвигавшись в нем. Лариса, закашлявшись, освободилась, с губ потекла пена.

— Рвотный рефлекс, извини, и челюсти свело.

— Миша, у тебя лупить расширитель для рта? Даме сводит челюсти.

— (за)грызть. И для попы тоже есть, улыбнулся гостеприимный властитель Миша.

Отдохнув и выпив вина, вдоволь нацеловавшись и насмеявшись, Ларисе, (как) будто женщине, стала интересно овладеть двумя самцами. Поиграв ладошками и эрегировав обеих, она, встав, на колени, выставила попу, опёршись получи и распишись локти, предоставив им выбор. Петр и Миша, вдоволь переглянувшись, решили овладеть ею.

Пётр умело задвигался в жаркой киске, распаляя Лару, Михаилу попало (по первое число) плотное кольцо алых губ, охватившее жилистый мужское достоинство.

Задав самцам ритм, Лариса, двигаясь, будто возьми вертеле, вертя попой, управляясь с двумя. Почти при этом рыкнув, они, наполнив её спермой, удовлетворённо поласкав, отстранились.

Ларуля ехала домой сквозь быстро заполнявшие шоссе вечерние сумрак. Она была расслаблена и удовлетворена, между ног в радость горело, а на губах всё ещё оставался пошиб поцелуев. В душе был покой.

Она была решительно уверена в желании сохранить семью, как и в том, а ей будут принадлежать многие мужчины, это её отбор, её судьба.

Служебный секс

Related posts